Глава 22. По стопам изгнанника


Эту главу героически переводила merry_dancers, а я, соответственно, самоотверженно бетила.

Начало фика (главы 1-5) здесь: http://www.hogwartsnet.ru/fanf/ffshowfic.php?fid=42
Главы 6-17 здесь: http://www.hogwartsnet.ru/fanf/ffshowfic.php?fid=1622

Кто желает узнать, что по поводу изгнанников и иже с ними думают бета с переводчицей – милости просим сюда: http://www.hogwartsnet.ru/fanf/ffshowfic.php?fid=4189&chapter=5

***

На улице было холодно, но, когда Драко переступил порог имения, ему показалось, что в доме еще холоднее. Отец с ним ни словом не перемолвился с тех пор, как они покинули школу, отчего сердце Драко отчаянно затрепетало. У ног появился эльф Глава 22. По стопам изгнанника-домовик, и Драко с неохотой подал ему плащ, расставаясь с последними остатками тепла.

Даже не оглянувшись на сына, Люциус скинул свой плащ на голову появившемуся эльфу и, чуть не наступив на него, прошел в холл.

— Нарцисса! — заорал он, глядя вверх на лестницу и, опершись на перила, щелкнул пальцами.

Драко остался стоять в холле. У ног отца появился очередной эльф — дрожащий домовик сцепил ладошки, поклонился и спросил тоненьким голоском:

— Да, хозяин? Что желает хозяин?

— Подавайте обед, — сказал Люциус и взмахом руки отослал эльфа. — Нарцисса! — снова завопил он, когда эльф исчез с громким хлопком.

— Уже иду, Люциус. — Нарцисса спускалась по Глава 22. По стопам изгнанника лестнице, придерживая подол платья. Только она открыла рот, чтобы поинтересоваться, что нужно мужу, как вдруг заметила Драко. Озадаченно нахмурившись, она перевела взгляд на Люциуса. — Что он здесь делает? Разве он не должен быть в школе, Люциус?

— Он не пропустит ни одного урока и вернется в школу завтра утром. А теперь пойдем, — Люциус предложил жене руку, скорее по привычке, нежели из вежливости, — мы будем обедать всей семьей.

Люциус развернулся и повел Нарциссу по коридору в огромную обеденную залу имения. Драко обменялся с матерью тревожным взглядом и нехотя пошел следом.

Предоставив жене самой придвигать себе стул, Люциус уселся во главе стола и Глава 22. По стопам изгнанника, дождавшись, пока Драко и Нарцисса займут свои места, снова заговорил:

— Ну и как вы провели день, а?

Взгляд, которым обменялись Драко с Нарциссой, очень сильно отличался от предыдущего. У обоих стали такие лица, словно Люциус только что сообщил им, что оставил Упивающихся Смертью и поступил в маггловский балет. Нарцисса ответила первой.

— Спасибо, хорошо… а ты как провел день… Люциус? — медленно, почти осторожно спросила она, краем глаза покосившись на мужа.

Тут в бокалах появилось вино, и Драко заметил, что в первый раз за всю его жизнь в имении, ему тоже подали спиртное. В детстве, глядя, как отец за обедом Глава 22. По стопам изгнанника потягивает пурпурную жидкость, Драко тоже хотелось попробовать, но теперь, когда вино колыхалось у него в бокале, юноша почувствовал, как скрутило живот, и отвел взгляд.

— Мм, — промычал Люциус в ответ, протягивая руку за бокалом. — У меня день прошел довольно интересно. — Он сделал крошечный глоток и поставил бокал на место.

Явно непривыкшая вести вежливую беседу с мужем, Нарцисса в полной растерянности кашлянула и принялась нервно мять пальцы.

— Д… да? — спросила она, помедлив, словно сомневаясь в том, что последует дальше.

— О да, — небрежно ответил Люциус и, коротко кивнув, аккуратно положил салфетку на колени.



Драко, едва заметно кивая, медленно переводил взгляд с отца на мать Глава 22. По стопам изгнанника. Человеку, не знакомому с отцом, могло показаться, что он присутствует на теплой семейной трапезе. Но Драко знал отца лучше и не мог отделаться от тошнотворного ощущения, что они с матерью только пешки в очередной отцовской игре.

Мысли был прерваны появлением супа, и родители молча принялись за еду. В огромной столовой раздавалось лишь позвякивание серебряных приборов о фарфор, и неведомо почему тишина, наполнявшая комнату, тревожила Драко еще сильнее. Внутри у него все скручивалось и переворачивалось, и он чувствовал, что не смог бы проглотить суп, даже если бы все последние шестнадцать лет провел на необитаемом острове.

Люциус заметил это Глава 22. По стопам изгнанника первым, положил ложку, склонил голову набок и вскинул бровь:

— Не голоден?

Драко лишь мотнул головой, не отрывая взгляд от нетронутого бокала с пурпурным вином.

— Почему же? — Люциус откинулся на спинку стула, наклонив голову. — В этой семье тебе уже ничем не угодишь?

Уголки губ Нарциссы поползли вниз, она также положила ложку и бросила взгляд на сына.

Беспокойно поерзав на стуле, Драко помедлил секунду, пытаясь обрести голос, но Люциус перебил его прежде, чем он успел сказать хоть что-то.

— Что-что? — Люциус потянулся к переднему карману.

На короткий миг Драко подумал, что отец сейчас достанет палочку, и сердце у него екнуло Глава 22. По стопам изгнанника, но потом он с облегчением медленно вздохнул, увидев, что палочка отца по-прежнему в трости. Передышка в его легкой панике долго не продлилась, и когда отец вынул слегка помятое письмо, на Драко нахлынула волна ужаса.

Все еще порядком озадаченная, Нарцисса снова нахмурилась, переводя взгляд с мужа на сына:

— Что происходит? — тихо спросила она.

Обычно Люциус выходил из себя, если жена осмеливалась заговорить без разрешения, но на этот раз реплика, похоже, отвечала его замыслу, и он повернулся к ней, приподняв брови:

— О, Нарцисса, и не спрашивай… Мерлин свидетель — я уже понятия не имею о том, что происходит в жизни Драко. Почему Глава 22. По стопам изгнанника бы тебе не спросить у своего сына, что происходит?

Пристально посмотрев на письмо в руке Люциуса, Нарцисса медленно перевела взгляд на сына:

— Драко?

Снова покачав головой, Драко так и не отвел взгляд от бокала с вином. Смотреть в стекло казалось легче, чем встретить ледяной взгляд отцовских глаз.

Люциус встал, и Драко закрыл глаза, когда отец развернул письмо Панси и, откашлявшись, стал читать:

— «Подумала, что вы, наверное, должны знать… Искренне ваша, Панси Паркинсон». — Люциус сложил письмо и принялся постукивать им по ладони. — Ничего не хочешь сказать?

В письме было сказано все. Как она, Панси, заставила его, Драко, признаться прямо ей в лицо Глава 22. По стопам изгнанника. Перечислялись почти все случаи, как красочно выражалась Панси, его таинственных исчезновений из общей гостиной и многое другое, отчего у Драко на лбу должно было бы проступить слово «виновен». Что он мог сказать? «Простите»? Это все равно что заговорить с отцом на неведомом тому языке, поэтому Драко отрицательно покачал головой.

Люциус вздернул бровь.

— Ты не отрицаешь?

— Нет, — ответил Драко, заговорив в первый раз за последние несколько часов. Голос был едва слышен, и Драко слегка вздрогнул, когда отец приказал ему повторить. — Нет, — Драко постарался, чтобы на этот раз слово прозвучало отчетливо.

Лицо Нарциссы исказила болезненная гримаса, и мать, закрыв глаза Глава 22. По стопам изгнанника, опустила голову.

— Ну хорошо, — в голосе Люциуса промелькнула нотка гнева. Отец сел, не обращая ни малейшего внимания на еду перед ним. — А знаешь ли ты, что происходит сейчас, Драко?

Драко снова помотал головой, отстраненно разглядывая свое отражение в бокале.

— Если ты хочешь остаться в семье, ты должен доказать, что все еще достоин носить нашу фамилию, — сообщил Люциус как нечто само собой разумеющееся.

Драко отчаянно хотелось сказать, что он больше не желает быть частью семьи. Пусть лучше от него отрекутся, чем он хоть еще минуту будет носить позорную фамилию Малфой, но он знал, что в чистокровных семьях отречение немыслимо Глава 22. По стопам изгнанника, так же, как и развод. Если ты выбрал изгнание, ты его получишь, но в самом худшем виде.

Смерть.

Насколько ему было известно, лишь один человек был изгнан из семьи Малфоев… Юноша с портрета, висевшего в коридоре как раз за дверью его спальни. Драко точно не знал, почему умер юноша, на портрете тот выглядел лишь на несколько лет старше Драко, но когда бы Драко ни спрашивал отца, что случилось с этим человеком, Люциус лишь пожимал плечами и отвечал: «Он выбрал изгнание, и в конце концов его получил».

В имении разговаривали все картины, но никогда, ни единого раза Драко не слышал Глава 22. По стопам изгнанника ни слова из уст того портрета. Юноша лишь хмуро смотрел в нижний правый угол рамы. Драко не оставляло смутное подозрение, что портрет повесили у его комнаты в качестве напоминания… но до сего дня он об этом не задумывался.

— Ну и что я должен сделать… ? — медленно, еле слышно спросил Драко и наконец-то поднял глаза на отца.

Люциус изогнул бровь и собрался было ответить, но тут снова заговорила Нарцисса:

— Люциус, ты же не имеешь в виду… — ее глаза чуть расширились при взгляде на мужа. — Ты же не надеешься, что он сделает что-нибудь такое, варварское…

Люциус повернулся к жене и, прищурившись Глава 22. По стопам изгнанника, холодно процедил сквозь зубы:

— Сколько раз тебе повторять…

Не обращая внимания, Нарцисса поднялась с места:

— Ты просто смешон, это какая-то нелепица. Ты же не думаешь, что…

— Сядь! — рявкнул Люциус. На лице его смешались отвращение и страх. — Знай свое место, Нарцисса, если не хочешь, чтобы я тебе указал на него... — пригрозил он, подняв ладонь.

Снова посмотрев на Драко, Нарцисса с неохотой села, храня молчание.

Пока родители переговаривались, Драко упорно смотрел в пол. Он ненавидел, когда они спорили, и его сильно обеспокоило то, как отец, по его словам, «ставит мать на место». Увидев, что мать села, на Драко нахлынула волна облегчения Глава 22. По стопам изгнанника, и он медленно перевел взгляд на отца.

Бросив на Нарциссу предостерегающий взгляд, Люциус повернулся к сыну и слегка выпрямился.

— Ты должен помнить, Драко: твои поступки говорят сами за себя. Неважно, что ты мне сейчас скажешь, меня не убедить, что ты по-прежнему достоин быть частью нашей семьи… Ты должен это доказать, Драко, и если ты этого не сделаешь… Если решишь стать изгнанником… Что ж… — Люциус, едва заметно улыбнувшись, вздернул бровь. — Ты и отправишься в изгнание, уверяю.

Драко моргнул и, опустив голову, тихо спросил:

— Ты убьешь меня?

В задумчивости скривив губы, Люциус склонил голову на бок.
— Ммм, в самом крайнем Глава 22. По стопам изгнанника случае, возможно, это и произойдет, но на самом деле я спасу тебя, избавлю от ужасной и позорной жизни, которая ждет тебя, если выберешь неверный путь.

Медленно открыв глаза, Драко взглянул на мать, которая к его удивлению, пристально смотрела прямо на него. Ее милое лицо хранило печальное выражение.

— Ты расслабил ее, — прервал его мысли Люциус. — Она убедила себя, что любит тебя, правильно? Она доверяет тебе… — Мысль, казалось, Люциуса весьма позабавила, и он с легкой улыбкой приподнял брови. — Глупая девчонка пойдет за тобой куда угодно… Отведи ее в Запретный лес. Ты оказался достаточно умен, чтобы водить меня за нос столько Глава 22. По стопам изгнанника месяцев, видит Мерлин, ты найдешь предлог, чтобы заманить ее в самую чащу леса. — Едва заметно покачав головой, Люциус устремил взгляд на Нарциссу. — Она всего лишь женщина… Примитивные существа, вот кто они такие.

— Я бы не стала недооценивать влюбленную женщину, Люциус, — тихо сказала Нарцисса, изогнув бровь и встретившись взглядом с мужем. — Это было бы настоящей глупостью.

— Отличный пример. — Люциус развернулся к Драко и, недоверчиво рассмеявшись, указал в сторону Нарциссы. — Я-то думал, что выразился достаточно ясно, когда сказал твоей матери, что произойдет, если она снова заговорит без разрешения.

Побледнев при мысли о том, что сейчас неизбежно последует, Драко чуть выпрямился в Глава 22. По стопам изгнанника кресле.

— Нет, она… — Его возражения оборвались, когда Люциус отвернулся и наотмашь ударил Нарциссу по щеке. Звук пощечины, казалось, эхом прокатился по всей столовой. Драко, поморщившись, закрыл глаза и отвернулся.

— Не открывай рта, пока тебе не велят. Это что, так сложно понять? — прикрикнул Люциус на Нарциссу, которая от удара едва не свалилась с кресла.

По-прежнему полузакрыв глаза, Нарцисса мелко трясла головой, одной рукой осторожно держась за щеку.

Покачав головой, словно что-то отвергая, Люциус схватил ее за руку и заставил подняться с места.

— Вон отсюда! — рявкнул он, небрежно толкнув Нарциссу к двери.

Нарцисса сделала пару неверных Глава 22. По стопам изгнанника шагов, выпрямилась и, быстро смахнув слезы, выбежала из комнаты.

С абсолютно непроницаемым лицом Люциус повернулся к Драко.

— Итак, сегодня ты останешься в своей комнате, в школу возвращаться смысла нет. Завтра утром жду тебя в кабинете ровно в шесть, мы отправимся в Хогвартс, и в течение дня ты выполнишь требуемое. Ты меня понял, Драко?

— Конечно, отец. — Драко повернул голову и взглянул отцу прямо в глаза. — Я все исполню.

На этот раз Люциус был явно доволен. Он медленно расплылся в улыбке:

— Великолепно. Потом ты еще скажешь мне спасибо, Драко. Это для твоего же блага.

Кивнув, Драко не спеша поднялся с места Глава 22. По стопам изгнанника и, выслушав от отца пару ободряющих напутствий, направился к лестнице… не имея ни малейшего намерения кого-либо убивать.

***

Пару минут спустя Драко был уже возле двери своей комнаты, как вдруг голос позади него произнес:

— Я слышал, что он говорил там, внизу.

— Да ну? — безразлично произнес Драко. Большинство портретов, развешанных по стенам в имении, были страшно любопытными, так что Драко ничуть не удивился.

— Что ты собираешься делать? — спросил портрет.

Все картины в имении были крайне преданы отцу, и Драко решил, что обитатель портрета побежит с его ответом, что бы там ни было, прямиком к Люциусу, поэтому прищурился и повернулся к портрету Глава 22. По стопам изгнанника лицом:

— Я собираюсь ее убить. Думаю, ты все слышал.

— Слышал, — ответил портрет, и только тогда Драко осознал, кто с ним разговаривает. — На мгновение я подумал, что ты действительно ее любишь, но… наверное, я ошибался. — Юноша окинул Драко внимательным взглядом и снова уставился в нижний угол рамы.

Драко нерешительно сделал несколько шагов и очутился лицом к лицу с обитателем ветхой картины.

— Что… почему ты решил, что я люблю ее?

Юноша медленно поднял свои серо-голубые глаза и посмотрел в почти такие же глаза Драко.

— Потому что когда-то я тоже любил женщину, и пусть кое-кто вроде твоего отца, который любит Глава 22. По стопам изгнанника лишь себя самого, не способен разглядеть страсть в твоих глазах, — я-то могу, потому что чувствовал то же самое.

Секунду Драко молчал, разглядывая портрет. Юноша чем-то напоминал его самого. Такой же светлокожий, как все Малфои, аристократические черты лица и глаза, в которых бушуют бури. Отличались лишь волосы. Немного темнее и спадали ниже плеч. Одежда юноши, насколько мог видеть Драко, также была старомодной. Драко шагнул вперед и наклонился, чтобы прочитать надпись на тронутой ржавчиной пластинке, прикрепленной к основанию рамы.

— Меня зовут Ренник, — сообщил портрет, — Ренник Малфой.

Драко выпрямился и кивнул.

— Тебя изгнали из семьи несколько столетий назад Глава 22. По стопам изгнанника, да?

— Да, изгнали, — неожиданно тихо ответил Ренник, снова опустив взгляд.

— Почему? — с любопытством спросил Драко.

Не сводя взгляд с основания рамы, Ренник чуть скривил губы.

— Я тоже любил женщину, которую не одобрила моя семья, и мне, как и тебе, предоставили такой же выбор. Но вместо того чтобы убить ее, как было приказано, я вернулся к ней… все объяснил, и она, такая упрямая, отказалась меня покинуть, несмотря на очевидную опасность. — Ренник замолчал.

Весь обратившись в слух, Драко нахмурился.

— А что случилось потом?

Ренник пожал плечами и чуть заметно покачал головой.

— Мы сбежали…Попытались спрятаться, но спустя почти месяц, месяц счастья, когда мы Глава 22. По стопам изгнанника уже не сомневались, что провели их... наш худший кошмар стал явью.

— Вас нашли… — еле слышно прошептал Драко.

— Нашли ее, — кивнул, тихо продолжил Ренник. — Я как раз уехал во Францию присмотреть нам какое-нибудь жилье. Прошел всего один день, и они нашли ее… в тот же день я получил от нее прощальную записку.

— Прощальную записку? — озадаченно нахмурившись, повторил Драко, гадая, какой его дальний родственник оказался настолько добрым, что позволил умирающей девушке оставить любовнику прощальное письмо. Его отец такого совершенно точно не позволит.

— О да, — с ноткой гнева в голосе подтвердил Ренник. — Так просто. Записка, в которой было «прощай», ни больше Глава 22. По стопам изгнанника, ни меньше. Написанная ее собственной кровью, — поморщившись, он покачал головой. — Не думаю, что эту записку отправили по доброте душевной или из сочувствия. По-моему, это больше походило на… подтверждение: раз ты предал имя Малфоев, тебе не избежать своей судьбы.

Драко вздрогнул и опустил глаза. Он мог только вообразить, как бы чувствовал себя, получив подобное письмо.

Воцарилось долгое молчание. Наконец Ренник снова заговорил:

— Она стала призраком, и дух ее все еще бродит по земле, такой же прекрасный, как помнится мне…

Казалось, он погрузился в воспоминания, и Драко молчал, не желая ему мешать.

— Возможно, она носит с собой какой-нибудь фолиант Глава 22. По стопам изгнанника, она так любила читать, — тихо произнес Ренник, словно обращался сам к себе. Он, похоже, вспомнил, что Драко все еще здесь, и посмотрел на него. — Конечно же, я взял вину на себя и в тот же вечер покончил с собой, не понимая, что людям, которые выбирают этот путь, не позволено решать, куда отправятся их души после смерти… Так что… — Ренник печально отвел взгляд. — Даже после смерти мы не вместе.

— Прости… — тихо произнес Драко, не зная, что сказать в ответ на такое мучительное признание.

— Это не твоя вина… — Ренник снова посмотрел на Драко. — Не дай себе совершить такую же ошибку, Драко Глава 22. По стопам изгнанника… Ты не испугался любви, так не позволяй же себе бояться чего-то еще.

Помолчав немного, Драко медленно кивнул и улыбнулся:

— Спасибо, Ренник.

Чуть склонив голову, Ренник печально улыбнулся в ответ:

— Спокойной ночи, господин Малфой.

— Спокойной ночи, — Драко в последний раз посмотрел на Ренника, а затем повернулся и вошел в спальню.

***

Привыкнув к тесным комнатушкам Хогвартса, Драко был слегка ошеломлен — такой огромной ему показалась собственная спальня после столь долгого отсутствия. Оглядевшись вокруг, он медленно расстегнул мантию и бросил ее на спинку стула.

Прикусив губу, Драко подошел к изящному французскому окну, выходящему на газоны перед поместьем. На улице было темно Глава 22. По стопам изгнанника, хоть глаз выколи, и поэтому, услышав какое-то постукивание, Драко подскочил чуть ли не на фут . Пристально всмотревшись, он различил крошечное нечто, парящее за окном, и, вздернув бровь, нерешительно открыл форточку.

Тут же какой-то щебечущий комок перьев влетел в комнату с такой скоростью, что Драко едва успел пригнуться. Комок принялся нарезать круги по спальне, ухая и чирикая, и, только выпрямившись и хорошенько рассмотрев, Драко понял, что это такое.

Сова. Крохотная и очень взволнованная, но, тем не менее, сова. Закрыв окно, Драко отчаянно пытался заставить ее замолчать и при этом не попасть под обстрел с пикирования.

— Уймись ты Глава 22. По стопам изгнанника, — прошипел он, протянув руку и схватив совенка.

Птичка продолжала радостно чирикать у него в кулаке, и Драко чувствовал себя так, словно пытался отобрать письмо у обросшего перьями снитча.

Наконец после минутной борьбы с крохотной птичкой пергамент оказался у него в руках. Драко выпустил совенка, но не успел развернуть письмо, как услышал звонкий стук. Драко вздрогнул и оглянулся через плечо: миниатюрная птичка влетела прямо в стекло и теперь сидела на полу с весьма удивленным и обиженным видом.

— Черт подери, — пробормотал Драко и снова открыл окно. Наклонившись, сгреб сову свободной рукой, дал ей секунду на то, чтобы придти в себя (что она и Глава 22. По стопам изгнанника сделала, чихнув и распушив перья), и вышвырнул в окно. Сова полетела прочь неровными зигзагами.

Снова закрыв окно, Драко присел на краешек кровати, развернул пергамент и стал читать…

«Я сижу здесь одна,
Здесь холодно,
Так холодно,
Без твоих объятий.
Я чувствую себя опустошённой,
Такой уязвимой,
Когда тебя нет со мной рядом.
Где же ты?
Я чувствую себя цельной, только когда твои губы прижимаются к моим,
Я становлюсь собой, только глядя в твои глаза,
Ты мне нужен, чтобы обрести себя,
А когда тебя нет – это невозможно.
Ты всегда держал слово,
Всегда выполнял обещания,
Теперь же это так сложно —
Просто быть честным Глава 22. По стопам изгнанника.
Ты говорил, что любишь меня,
И я верила твоим словам,
Но вот я сижу
Снова одна,
И хотя я изо всех сил пытаюсь убедить себя в том, что ты уже идёшь,
Что ты сдержишь слово,
Я знаю, что этой ночью снова…
Я останусь...
Совершенно...
Абсолютно…

Одна».

— Гермиона, — прошептал он, перечитав слова несколько раз. Только сейчас он вспомнил, что этой ночью обещал встретиться с ней в башне, и девушка понятия не имеет, где он… Или почему он здесь. Решив, что нужно сделать, Драко посмотрел на своего филина. Когда Драко покупал птицу, ему сказали, что эта порода сов крайне предана хозяину и Глава 22. По стопам изгнанника никогда не собьется с пути, но филин до сих пор не уставал удивлять Драко. Сейчас у филина был порядком рассерженный и возмущенный вид из-за поведения маленькой совы. Драко тихонько прыснул, садясь за стол.

— Vous avez une lettre trиs spйciale а livrer pour moi que ce soir ... ne prenez pas а l ennui au retour une fois qu on lui fournit avec succиs, sйjour avec la fille, elle prendra soin de vous, me font confiance (1), — Драко посмотрел на филина. Того, казалось, немного смутили наставления Драко, и юноша легонько погладил птицу по перьям. — Me fier. (2)

Филин наклонил голову и тихонько Глава 22. По стопам изгнанника ухнул в знак понимания. Драко потянулся за пером и чернилами и разгладил на столе пергамент.

Ему нужно написать очень важное письмо.

______________________________________________


(1) У меня есть для тебя особенное письмо, которое должно быть прочитано сегодня вечером... не огорчайся. Смотри не попади в беду. Доставь его этой девушке. Она позаботится о тебе, я ей доверяю.

(2) Моя гордость.


documentbecsfav.html
documentbecsmld.html
documentbecstvl.html
documentbectbft.html
documentbectiqb.html
Документ Глава 22. По стопам изгнанника